Почему дети убегают из больницы

Ребенок ушел из дома – что делать, и как не допустить это снова?

Почему дети убегают из больницы

Как правильно вести себя родителям, если ребенок убегает из дома

Такое явление, как бегство ребенка из дома, к сожалению, становится весьма частым в наше время.

Испуганные родители обзванивают друзей ребенка и больницы с моргами, поднимают на уши родственников и полицию, прочесывают излюбленные места прогулок своего чада.

Наутро, когда отчаявшиеся и почти поседевшие папа с мамой апатично пьют валерьянку, дитятко заявляется домой – «у подружки засиделась». Почему дети убегают из дома? Как вести себя родителям? И как защитить семью от таких потрясений?

статьи:

Причины, почему дети убегают из дома – в чем может быть вина родителей?

Детские побеги бывают двух видов:

  • Мотивированные. Этот вид побегов имеет чисто психологические причины, являющиеся следствием конфликта или иной определенной и понятной ситуации. Побег, в данном случае – метод ухода от проблемы (раз не нашлось других).
  • Немотивированные. Такая форма реагирования, при которой уже любая неприятная ситуация вызывает протест и желание сбежать. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

Стоит отметить, что в основе детских побегов всегда лежит внутренний конфликт в семье, даже если по сути он таким уж конфликтным не является. Отсутствие возможности поговорить, рассказать о проблемах, спросить совета – это тоже внутренний конфликт в семье.

Основные причины детских побегов:

  • Психические заболевания (шизофрения, умственная отсталость, психоз и др.).
  • Конфликт с родителями, отсутствие взаимопонимания в семье, отсутствие внимания.
  • Конфликты в школе.
  • Желание свободы (бунт против родителей).
  • Стресс после пережитой трагедии или жестокого обращения.
  • Скука.
  • Избалованность.
  • Страх наказания.
  • Этап взросления и простое любопытство, желание познать что-то новое.
  • Внутренние проблемы на основе начала строительства отношений с противоположным полом.
  • Размолвки между родителями, развод родителей – бегство как способ выражения протеста.
  • Ребенок хочет сам зарабатывать себе на жизнь.
  • Навязывание ребенку родительской точки зрения в плане выбора профессии, друзей и пр. Отрицание собственного выбора ребенка.
  • Неблагополучная семья. То есть, алкоголизм родителей, регулярное появление посторонних неадекватных людей в доме, рукоприкладство и пр.
  • Детская наркомания или «вербовка» в одну из сект, которых сегодня становится все больше.

Ваш ребенок или подросток ушел из дома – правила поведения для родителей

Самое главное, что стоит помнить родителям о детях-подростках (а именно они чаще всего убегают из дома) – это их внутренние возрастные противоречия и жажда свободы.

Любые жесткие меры в этом ранимом и бунтарском возрасте неизменно приведут к протесту ребенка либо к его постепенному превращению в апатичное комнатное дитя, неспособное ни постоять за себя, ни решить свои проблемы.

Исходите из этого, когда в очередной раз вам захочется наорать на чадо за очередную «двойку» или запретить гулять после 6-ти вечера, «потому что я так сказала».

Что делать, если ребенок убежал из дома – инструкция для родителей.

  •  Первым делом, прокрутите в памяти все, что говорил вам ваш ребенок в последние дни-недели. Возможно, вы что-то упустили или проигнорировали.
  • Прозвоните всех знакомых/друзей ребенка. Желательно поговорить с их родителями, чтобы они сообщили вам, если ваше дитя вдруг появится у них.
  • Проверьте одежду/вещи ребенка: ушел ли он «в чем есть» или «с чемоданами». Заодно, на всякий случай, проверьте свои «тайники» — все ли деньги/ценности на месте.
  • Ребенок пропал вечером? Звоните классному руководителю, опрашивайте всех одноклассников ребенка. Возможно, кто-то знает о его планах на вечер или проблемах.
  • Ребенок не мог просто сбежать? Все вещи на месте? И проблем не было? И никто не знает – где он? Звоните в скорую – не забирали ли с улицы ребенка такого-то возраста, в такой-то одежде. Сразу после этого звоните в полицию с теми же вопросами.
  • Результатов нет? Бегом в ваше районное отделение полиции с фотографией ребенка и его документами. Пишите заявление и подавайте в розыск. Помните: сотрудники полиции не имеют права не принять у вас заявление. Фразы вроде «погуляет и вернется» или «ждите 3 дня, потом приходите» игнорируйте – пишите заявление.
  • Что дальше? Следующий шаг – визит к инспектору по делам несовершеннолетних. Ему также несите фото ребенка и максимально полную информацию – в чем ушел, с кем общался, с кем ругался, где какие татуировки, и на каких местах пирсинг.
  • Не прекращайте поиска по друзьям, одноклассникам и знакомым ребенка – возможно у кого-нибудь уже появилась информация о его местонахождении. При этом акцентируйте внимание на своих переживаниях – «я не сержусь, просто волнуюсь и жду, лишь бы живой был». И никаких – «появится – убью, паразита».

Ребенок нашелся? Это главное! Обнимите своего ребенка и скажите ему, как вы его любите. И запоминайте, чего делать категорически нельзя после счастливого воссоединения семьи:

  • Нападать на чадо с расспросами.
  • Орать и применять физическую силу.
  • Наказывать любым способом – лишать «сладкого», сажать под замок, отправлять к бабушке в «Большие Кобеляки» подальше «от плохих компаний» и пр.
  • Демонстративно молчать и игнорировать ребенка.

Если ребенок способен сейчас разговаривать по душам – выслушайте его. Спокойно, без претензий. Слушайте и пытайтесь услышать. Не прерывайте и не обвиняйте, даже если монолог ребенка будет сплошным потоком обвинений в ваш адрес. Ваша задача:

  •  Успокоить ребенка.
  • Расположить его к себе.
  • Установить контакт.
  • Убедить чадо, что вы его примете любым, что попытаетесь понять.
  • Найти компромисс.
  • Признать свои ошибки перед ребенком.

И помните: если вдруг на улице вы натолкнулись на чужого ребенка, который показался вам потерянным, зареванным, «беспризорным» — не проходите мимо! Попытайтесь поговорить с ребенком, выяснить – что с ним случилось. Возможно, его тоже сейчас ищут родители.

Как себя вести родителям, чтобы избежать побегов детей из дома – советы психолога

Если в вашей семье все хорошо, а ребенок – отличник, это еще не говорит о том, что у ребенка нет проблем. Проблемы могут скрываться там, где вы никогда не стали бы искать. В учителе, который публично унизил вашего ребенка. В девочке, которая ушла от него к его другу, потому что ваш сын «не дорос еще до серьезных отношений».

В том симпатичном и интеллигентном новом друге вашего ребенка, который на деле оказался… (вариантов много). И не всегда ваш ребенок расскажет – что у него в душе. Потому что родителям или некогда, или в семье просто не принято делиться друг с другом «радостями и горестями».

Как же себя вести, чтобы дети не убегали?

  • Будьте другом своему ребенку. Главный совет на все времена. Тогда с вами всегда будут делиться переживаниями и проблемами. Тогда вы всегда будете знать – где и с кем ваш ребенок. Тогда даже к самым темным уголкам души вашего ребенка у вас будет ключик.
  • Не будьте тираном и диктатором. Ваш ребенок – личность, повзрослевший человек. Чем больше запретов, тем сильнее ребенок будет стремиться к свободе от вашей «опеки».
  • Вспомните себя в молодости. Как ругались мама с папой за ваши джинсы-клеш, непонятную музыку, странные компании, косметику и пр. Как злились вы, что вам не дают самовыражаться так, как вы того желаете. Опять же, исходите из того, что вы – друг, а не тиран. Ребенок захотел татуировку? Не доставайте сразу ремень (если захотел – все равно сделает) – сядьте рядом с ребенком, просмотрите вместе картинки, изучите их смысл (чтобы не «наколоть» то, за что потом придется расплачиваться), выберите салон, где точно не занесут никакой заразы. Если уж вы совсем против, попросите ребенка подождать – годик-два. А там, глядишь, он и сам перехочет.
  • Не нравятся его (ее) друзья? Не спешите гнать их из дома поганой метлой с криками «они тебя плохому научат». Это не ваши друзья, а друзья ребенка. Если вам они не понравились, это не значит, что они все поголовно «наркоманы, маньяки, двоечники, потерянное поколение». Но будьте внимательны. Делайте выводы молча. Влезать в отношения ребенка с кем бы то ни было можно лишь в том случае, если эти отношения могут угрожать здоровью ребенка, психике или его жизни.
  • Сбежавшего ребенка нашли просящим милостыню? Да, вам ужасно стыдно. И хочется «выпороть маленького поганца» за то, что он так вас опозорил. Ведь ваш дом – полная чаша, а он… Но видимо, вы не увидели, что ребенку требуются деньги, не выяснили – на что они ему требуются, и не помогли найти честный, законный и достойный способ заработать денег.
  • И в 5 лет, и в 13, и даже в 18 ребенку хочется внимания (понимания, доверия, уважения) к себе. Он не хочет слышать каждый день «делай уроки, сделай тише свою музыку, почему у тебя опять бардак, в кого ты такой безрукий пофигист, мы тебя кормим-поим, а ты, паразит, только о себе думаешь и пр.». Ребенок хочет слышать – «как дела в школе, все ли у тебя хорошо, куда бы ты хотел поехать на выходные, а давай вместе смотаемся на концерт, зайка, пойдем чайку хлебнем с пряниками» и пр. Ребенку нужна забота, а не тотальный контроль, кнут с утра до вечера и отношение «скорей бы ты уже от нас съехал». Безусловно, границы ребенок должен знать, а вседозволенность не приносит ничего хорошего. Но даже поставить ребенка на место или отругать его за что-либо можно таким способом, чтобы у ребенка выросли крылья, и ему захотелось сделать то, о чем вы просите. Не «совсем тебе на мать наплевать! Последние деньги тянешь! А я хожу в дырявых колготках!», а «Сынок, а давай я помогу тебе найти работу, так ты быстрее накопишь на новый компьютер» (пример).
  • Воспитывайте в ребенке, едва он начнет ходить, ответственность и самостоятельность. Поддерживайте ребенка во всех начинаниях и позволяйте ему быть таким, какой он есть, а не тем, кем вы хотите его видеть.
  • Никогда не угрожайте, даже шутя, что накажете ребенка или выгоните из дому, если он что-нибудь натворит (закурит, выпьет, получит двойку, «принесет в подоле» и пр.). Зная о возможном наказании, ребенок никогда не скажет вам правды и даже может натворить еще более серьезных глупостей.
  • Ребенок требует свободы и уважения его интересов? Идите ему навстречу. Пора начинать доверять своему ребенку. И пора «отпускать» его во взрослую жизнь. Пусть учится совершать поступки и отвечать за них самостоятельно. Только не забудьте предупредить его о последствиях того или иного поступка (мягко и по-дружески).
  • Не запирайте своего повзрослевшего ребенка дома – «после 6-ти вечера чтоб никуда!». Да, это страшно и тревожно, если уже темно, а дитя где-то с кем-то гуляет. Но «дитя» уже с вас ростом, у него возможно даже щетина на лице и «защитные изделия» в кармане – пора разговаривать на другом языке. Собирается к друзьям и надолго? Берите координаты всех друзей, включая их домашние адреса/телефоны, требуйте, чтобы каждые 1,5-2 часа он вам отзванивался и сообщал, что у него все хорошо.
  • Не ругайте дочь за косметику – научите ее пользоваться ею правильно. Научите ее быть стильной и ухоженной без килограмма тоналки и теней на лице.
  • Не пытайтесь навязать ребенку свою дружбу – делайте это аккуратно, постепенно вовлекая ребенка в доверительные отношения. Чаще берите его с собой в поездки и на отдых, участвуйте в его жизни, искренне интересуйтесь его делами.
  • Будьте примером для ребенка. Не делайте того, что ребенок может захотеть повторить.

Конечно, при отсутствии доверия между вами, начать с нуля будет крайне сложно. Но это вполне осуществимо при вашем терпении и желании.

Источник: https://www.colady.ru/kak-pravilno-vesti-sebya-roditelyam-esli-rebenok-ubegaet-iz-doma.html

Отчаянные беглецы: как не допустить побега ребенка из дома

Почему дети убегают из больницы

В Кисловодске полицейские разыскали 16-летнюю девушку, которая ушла из дома и несколько дней не выходила на связь с родителями. Чуть раньше в Петербурге нашлись двое школьников из Мурманской области — 12-летние мальчишки, путешествуя автостопом, решили открыть для себя новые горизонты.

Причем уточняется, что это не первый поход искателей приключений, но на такие большие дистанции они еще не уезжали.

Как понять, что в доме живет «бегунок», и вовремя остановить ребенка? Куда бежать самому, если ребенок пропал, и как себя вести, чтобы побег не повторился? Об этом и многом другом «Известия» поговорили с экспертами.

Нежный возраст

Мама школьницы из Волгоградской области не находит себе места: в июне дочь без спроса уехала в Волгоград, то же самое повторилось в июле и августе. В октябре девочка пропала на сутки и нашлась в Дагестане: знакомый дальнобойщик решил «показать ей мир».

«Каждый день доводит меня до слез, бунтует, хочет гулять. Я не знаю, что делать. Всегда была послушной, доброй. В этом году ее как будто подменили», — мама теряется в догадках и винит подростковый возраст. К слову, девочка несколько раз просила поехать с ней в областной центр и погулять, но мама отказывалась из-за работы.

Причины, по которым дети убегают из дома, разные (это может быть спонтанный уход после серьезного конфликта или планируемый), но эксперты объясняют: все они не от хорошей жизни, и советуют обращать внимание на вещи, которые предвещают чрезвычайную ситуацию.

«Резкое изменение в поведении: ребенок был общительным — стал замкнутым или наоборот. Какая-то неловкость в поведении, — перечисляет в беседе с «Известиями» детский и подростковый психолог Елена Лосева. По ее словам, лет в 9–10 родители начинают терять контакт с ребенком и в этом нет их вины.

— Это 5-й класс: смена деятельности — какие-то кружки, секции, появляется свобода, вместо одного учителя — разные. Меняется круг общения: сначала были только одноклассники и три соседа, а тут по мере роста можно не только в свой двор ходить, а еще в четыре соседних, и родители уже не могут контролировать круг общения своего ребенка.

Если в три года мы его с кем посадили, с тем он и общается и мы знаем всех наперечет, то в 10–13 лет это уже невозможно отследить. Не все дети в кругу общения благополучные, но здесь надо сохранять уверенность в своем ребенке, чтобы он ни натворил.

Потому что убегают из-за того, что либо дома невыносимо, плохие условия (уходит за лучшей жизнью), либо много разных ограничений (отправляется на поиски свободы). Романтические настроения, приключения тоже бывают».

Конечно, какой родитель не хочет лучшей жизни для своего ребенка: чтобы он был счастливым, здоровым, чтобы никто не обидел и не было проблем в будущем…

«Но вот стратегия трансляции этой ценности может не работать и не подходить, а бывает, что и ухудшать состояние и подростка, и родителя, — говорит в беседе с «Известиями» подростковый психолог, специалист центра «Перекресток» Настасья Крысько. — Пример таких стратегий: критика, обесценивание, унижение, насилие, игнорирование».

Ее коллега Татьяна Кириллова добавляет, что намерения хорошие, выглядят как забота, а воспринимаются иначе:

«По сути, подростку важно всё то же самое, что и взрослому: внимание, забота, любовь, уважение. Только взрослый может как-то регулировать, находить для себя возможности получить это или временно сместить приоритеты, а у подростка таких возможностей почти нет».

Контакт отошел

В апреле 8-летний школьник из Астрахани так вдохновился книгами о путешествиях, что решил, будто он и сам уже немножко Федор Конюхов. Взял с собой банан, деньги из копилки, игрушечный самолет и стопку энциклопедий.

Оставил записку: «Мама, я отправился в кругосветное путешествие. Целую». Полицейский заметил малыша через несколько часов на мосту через Волгу. Ребенок объяснил, что странствует, но уже чувствует усталость и ему нужен отдых.

«Любознательность можно направлять и задавать ей границы. Вот там и вот там опасно, но вот в рамках «от и до» ты можешь выбирать, — говорит Елена Лосева. — Не то что я тебя ограничиваю: «Есть 10 кружков, и ты идешь на первый». Нет, «есть 10, и ты можешь выбрать любой из 10».

Управление МВД России по Астраханской области

Прощальная записка, оставленная школьником родителям

«С одной стороны, впечатлился, фантазер, а с другой, как так, не обсудив с родителями, взял и ушел? — удивляется в беседе с «Известиями» детский психолог Ирина Попова. — Непростая ситуация. Когда ребенок принимает решение автономно, это снижение критичности — в 8 лет это естественно».

Трогательная история из Астрахани очень похожа на исключение, хотя маме такого самостоятельного парня седых волос наверняка добавила. Но не за горами другой непростой период — младший подростковый возраст (с 10–11 лет).

«Это достаточно сложно переживаемое время. С одной стороны, ребенок начинает себя чувствовать взрослым, а с другой стороны, у него недостаточно интеллектуального, личностного развития, для того чтобы осознать последствия, понять, что будет дальше.

Это задача родителей — показывать, объяснять, выстраивать эту цепочку причинно-следственных связей.

Это их работа, — объясняет Ирина Попова и на всякий случай предлагает исключить патологию, — Желание уйти — это про тревогу, которая связана либо с болезненным состоянием, со снижением эмоциональной чувствительности, и тогда это аутизм или расстройства аутистического свойства, либо что-то с коммуникацией с родителями».

Контакт с ребенком — самое важное и дорогое лекарство от побега. Шаг вперед, а если чувствуете, что перегибаете, — два назад.

«С одной стороны, надо не пережать, а с другой стороны — не переотпустить, потому что когда самостоятельность превращается во вседозволенность, мы тоже ничего хорошего не получим, — объясняет Елена Лосева.

— Это и про принятие ребенка: «Если ты даже нахулиганишь, я всё равно тебя люблю. Поругаю, потому что положено, и если ты сам всё понял, то надо решать проблему».

А не то что «боюсь идти домой, мама наругает, поэтому буду спать в подъезде» — такие случаи тоже бывают».

В 3 года — контакт одного порядка, в 15 лет — уже другого. И это не только «вместе сходить в кафешку», отмечает эксперт.

«Ребенок должен быть расположен к открытому разговору: чтобы уважал, но не боялся. Выстраивание логических цепочек, причинно-следственных связей… У нас даже чисто физиологически только к 21–25 годам заканчивают формироваться лобные доли.

То есть понимание всей ответственности своего поступка приходит позже, — говорит Елена Лосева. — В те же 16 лет возможности есть: рост 180 см, 43-й размер ноги.

На две головы выше мамы, то есть у него тело взрослого и он не понимает, почему у него нет столько же прав, как у взрослого. Здесь, на начальных этапах, объяснять и объяснять, чем раньше, тем лучше.

Сначала кажется, что это не приносит плодов (когда объясняешь в 5 лет), а потом вдруг понимаешь, что в 17 лет он сам может отслеживать реакции своих друзей: «Вот он так поступил, а я бы нет, потому что это может повлечь за собой вот это и это».

Как говорила медсестра в фильме Сергея Соловьева «Сто дней после детства», «плечи теленка, сердце ребенка». Элементарная забота юному бунтарю тоже нужна.

«Ребенок постепенно взрослеет и становится всё более самостоятельным, но ему также временами может быть нужна поддержка, чай, приготовленный для нее (него), посидеть вместе и помолчать, получить совет, — говорит Настасья Крысько. — Родителям так же важно выделять время для заботы о себе, желательно каждый день, хотя бы 10–15 минут, — это поможет повысить качество жизни, устойчивость, восстановить силы».

«Уйду из дома!» «Иди!»

«Если ребенок напрямую угрожает: «Уйду из дома!», то не нужно это игнорировать. Стоит обратить внимание, но аккуратно, без чрезмерной эмоциональной реакции как в негатив, так и в позитив: не надо его тут же задаривать подарками, заласкивать и, наоборот, угрожать, закрывать дома и прочее», — говорит Елена Лосева.

Ирина Попова добавляет: в этот момент ребенок хочет услышать, что родителям не всё равно.

«Когда ребенок так говорит, он нуждается в том, чтобы родители снова и снова говорили, как он им нужен, как им будет больно, страшно и тяжело без него. Правильный ответ на его «уйду из дома» — «я буду очень переживать», — отмечает эксперт.

«Если есть надежда, что где-то может быть лучше, то можно и рискнуть. Бывает еще, что это некоторое доказательство самому себе, в том числе если много унижения и обесценивания («ничего своего у тебя нет»), что можно попробовать проверить свои силы, справлюсь ли я один», —замечает подростковый психолог Татьяна Кириллова.

Но если ребенок все-таки ушел из дома, то первым делом поймите, во что он одет, что взял с собой из вещей и денег, припомните его любимые места, увлечения, друзей.

Захватите свежую фотографию (желательно в той же одежде, в которой ушел ребенок) и прямиком в полицию, писать заявление. Подключайте поисковые отряды. Кстати, даже выбор фотографии в случае с подростками имеет значение.

Родители иногда сами расклеивают ориентировки по району, но в случае с «бегунками» от этого стоит воздержаться.

«У меня был случай, когда я снимала с крыши девочку, у которой погибли родители и она жила со старшей сестрой-красавицей. Сама девочка пухленькая, с прыщами, и она была уверена, что сестра специально выбрала ее «страшную» фотографию для ориентировки.

Также, если ребенок, скрываясь где-то в районе своего проживания, видит на себя ориентировку, это его пугает, он чувствует себя не пойманным преступником и еще больше боится вернуться домой», — говорила в интервью координатор поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт», куратор регионального отряда Ирина Салтыковская.

Принцип «кислородной маски»

Когда ребенок благополучно вернулся домой, самое главное для родителей — не сделать ничего из того, что может ухудшить ситуацию и повысить риск очередного ухода.

«Точно совершенно не стоит нападать, обвинять, наказывать. Нужно рассказать о том, как волновался, как он нужен, попросить не делать этого, обсуждать свои желания, объяснить последствия», — отмечает Ирина Попова.

Совсем как говорила мама в мультфильме «Малыш и Карлсон»: «Малыш, малыш, как же ты нас напугал!», «Ты же прекрасно понимаешь, что ни за какие сокровища в мире мы не согласились бы расстаться с тобой!»

По данным специалистов центра «Перекресток», больше всего побегов фиксируется в 12–15 лет. Около трети случаев становятся регулярными, то есть тактикой, которую ребенок выбирает для решения проблем.

«Одно из важнейших правил — так называемое правило кислородной маски: «Сначала наденьте маску на себя, затем на ребенка». Так и в жизни: родителю важно сначала позаботиться о себе, а затем обсуждать что-то вместе с ребенком, — говорит Настасья Крысько.

— По возвращении ребенка домой важно позаботиться о базовых потребностях родителей и ребенка: еда, сон, тепло. Далее нужно определить, что вы хотите сказать, что вам важно, чтобы подросток услышал.

В спокойной обстановке обсудить, что произошло: постепенно, шаг за шагом, не спеша, от ситуации, которая запустила идею побега, до самого побега и последствий, которые есть сейчас».

Специалисты советуют в общении использовать форму «я-сообщений», то есть в разговоре максимально обозначить как на вас отразился уход ребенка: «когда ты (описание действия), я чувствовала (описание эмоций), пожалуйста (далее просьба)». Определите в разговоре «стоп-слово», которое может произнести каждый, если ситуация накалилась и нужен перерыв. В момент сильного волнения эффективна техника замедления дыхания.

«Когда человек чувствует, что теряет устойчивость, растет интенсивность эмоций, можно замедлять свое дыхание, тем самым возвращая равновесие», — советует психолог.

Если чувствуете, что не справляетесь, запутались, не нужно оставаться один на один с проблемой — обращайтесь к специалисту, в группу поддержки, наберите телефон доверия для родителей.

«Частая сложность при возвращении ребенка обратно в том, что все как будто ждут, что всё вернется на свои круги. Что это был такой этап, может быть, ошибка, ребенок всё должен осознать и стать обратно тем, кем его так хотели видеть. Эта тактика часто не срабатывает, — поясняет Татьяна Кириллова.

— У подростка получился новый опыт — он как-то по-своему справился с ситуацией, это важно для него. У родителей тоже новый опыт — переживания, поиска, возвращения обратно. Исходя из этого опыта ссоры могут стать чаще, а не реже.

Важно попробовать понять, что все участники этой ситуации успели измениться и надо выстраивать какие-то новые отношения друг с другом, а не пытаться сделать всё как было».

Источник: https://iz.ru/937450/elena-motrenko/otchaiannye-begletcy-kak-ne-dopustit-pobega-rebenka-iz-doma

Из роты в палату: Почему из армии некоторые новобранцы отправляются в психиатрическую больницу

Почему дети убегают из больницы
11:36, 06 сентября 2019, ПАИ

Есть такая затёртая шутка о том, что первые 40 лет детства самые сложные в жизни мужчины.

Но подобные колкости на ровном месте не появляются, это внезапно подтвердила и заведующая мужским отделением Псковской областной психиатрической больницы в Богданово.

Разберёмся при чём здесь психиатрия, в чём виноваты мамы и как вышло, что армия – отличная лакмусовая бумажка для шизофреников.

Отделение рассчитано на жителей Пскова и Псковского района от 15 лет и до бесконечности. Но выходит так, что сюда попадают не только коренные псковичи, но и уроженцы других регионов. География широкая и напрямую связана с тем, откуда в псковские части призываются новобранцы.

Неожиданно, правда? Общество считает, если ты в армии, будь добр терпи, «тыжемужчина». Ведь армия – это мускулистые парни с плаката «Мы там, где победа», у них решительные, спокойные лица и отличный полиморсос (политико-моральное состояние – армейский термин, хорошо знакомый служившим во времена СССР – авт.).

У нас по сей день как-то не принято говорить о том, что мужчины в непривычных обстоятельствах могут «ломаться», скатываться в депрессию и вести себя не слишком адекватно. При этом недостатка во вчерашних солдатах психиатрическая больница не испытывает.

Из псковских частей стабильно привозят по пять парней в месяц, которые кричат, что хотят к маме, ночью под одеялом режут [Роскомнадзор] или в туалете с табурета лезут в [Роскомнадзор]. И дело не в дедовщине. Это было бы слишком просто.

Врачи называют службу в армии экстремальной ситуацией, которая «существенно меняет привычное течение жизни и предъявляет к новобранцу повышенные требования к физическим и психическим возможностям».

Если совсем просто, то теперь вместо компа, соцсетей, тусовок с друзьями, футбика и всего такого приходится подчиняться командиру, топтать плац, ровнять подушку под квадрат и вообще принадлежать самому себе только в строго отведённое для этого время.

Испорченные чрезмерной маминой опекой инфантильные мальчики, не державшие ничего тяжелее мышки, попадают в ситуацию как на картинках «ожидание-реальность».

Психика не выдерживает суровой действительности и 18, 20, 25-летний детина вопит: «Отпустите меня домой!», даже если изначально молодой человек не был против того, чтобы отдать долг Родине. Чаще из армии в больницу поступают пациенты с расстройством личности, с реакцией дезадаптации или депрессией.

О вранье ради службы

Сейчас служить в армии престижно, поэтому парни любыми путями пытаются туда попасть. Даже те, у кого была какая-то история болезни по нашему профилю, скрывают этот факт, переезжая в другие регионы.

Вот он стоит на учёте у себя в области, имеет «запятнанную репутацию» по психиатрии, а потом переезжает в Псков, говорит, что все документы потерялись. И он уже «чистенький». Врач-психиатр на призывной комиссии делает выводы в том числе по предоставленным бумагам.

А если их нет? К примеру, парнишка был наркоманом, сейчас у него ремиссия, он ничего не принимает и хочет служить в армии, берёт и переезжает к нам в область. В результате случаются такие «пропуски» не по нашей воле. Бывает, обманывают, что у них всё хорошо, а документы чистые или «потерялись».

Если раньше симулировали психические заболевания, то теперь наоборот симулируют здоровье. Потом многие справки, особенно те, что из школы, пишутся по одному шаблону: «доброжелательный, спокойный, уроки не прогуливал», а что там на самом деле – никто не разбирается.

Наплывы таких пациентов случаются после старта призыва, точнее через месяц-другой, когда новобранцы добираются до частей и начинают понимать, куда попали. Тогда сразу человек по десять могут доставлять. Некоторых даже получается уговорить дослужить и не портить себе жизнь.

Те, кто в армии по 6-8 месяцев составляют всего 20-30% наших «военных» пациентов, но там и случаи посерьёзнее. 

О гиперактивных мамах и записках из сумасшедшего дома

Некоторые современные мамы считают, что любимого сыночку надо от всего ограждать, чтобы у него не было серьёзных стрессов и переживаний. И вот он живёт в этой «вате» до 18 лет: если где-то конфликт, то впереди всегда гиперактивная мама, которая всё улаживает, а он позади.

В результате вырастают парни, не подготовленные ни к армии, ни к жизни. И когда такой мальчик встречается с проблемами, которые не привык решать, происходит слом.

Или сидел он за компьютером в уютной комнатке, а его оттуда вынули и в армию отправили, заставили заниматься физподготовкой, а он с такими нагрузками не справляется, к режиму не привык. Снова стресс. Кому-то хватает трёх дней, чтобы начать проситься домой.

Как-то раз привезли парня, который побыл в части всего около 5 часов, но у него уже появились жалобы на тоску по дому и страх оставаться в казарме. Некоторые для большей убедительности даже руки себе царапают, чтобы наверняка отправили домой.

Однажды был у нас «писатель». Он окончил университет, по собственному желанию пошёл в армию, послужил пару месяцев и вдруг захотел писать мемуары из психиатрической больницы. Специально что-то начудил, только чтобы попасть к нам.

Но залётных у нас не бывает, диагноз в виде расстройства личности у него в итоге появился, не зря его так тянуло именно сюда. Пока он тут лежал, постоянно записывал в тетрадь свои мысли, с кем он тут общается, что делает.

Мы когда перечитали… в общем не похоже было, что это писал человек с высшим образованием. Ну, в результате поехал домой вместо армии.

О дезадаптации, улыбающейся депрессии и случаях из практики

Время от времени попадают ребята с Дальнего Востока. Другой конец страны, леса, поля, тишина и на десятки километров никого. Ритм жизни абсолютно другой.

Был у нас парень, который рассказал, что жил в деревне на десять-пятнадцать человек и был единственным учеником в школе, просто потому что детей больше не было. Его призвали и через полмесяца из-за дезадаптации привезли к нам.

Он просто не сумел справиться с новым режимом, замкнулся в себе, стал раздражительным, конфликтным.

Кого-то тяготит армейский распорядок, изолированность от общества, от информации, интернета. Они как будто попадают в вакуум: без родственников, без друзей, без телефона в постоянном доступе. Дома-то другое дело – занимайся чем хочешь.

Другие жаловались, что не успевали понимать команды, не то что их выполнять. Вот те же ребята из отдалённых регионов, там жизнь спокойнее, это не Петербург, не Москва, где надо быть шустрым. Им сложно адаптироваться к новой ситуации.

Чаще всего что что-то не так замечают сослуживцы. Если что-то совсем явное, то тревогу бьют командиры, отправляют к психологу в части, пытаются своими силами справиться.

Но когда ситуация выходит из-под контроля, и он кричит: «Я себя [Роскомнадзор]!», тогда уже обращаются к нам. Кто-то убегает из-за того, что заскучал по родным. Один убежал, потому что украл у командира деньги. Попал к нам.

Другой с нервным срывом сбежал к друзьям, потому что в армии им «слишком много командуют» и «слишком много правил». 

Ещё был парнишка из какого-то северного региона, он с детского сада находился на учёте у психиатра, потому что считался заторможенным, необщительным, но при этом очень хотел «как мама» служить в армии.

Служить хочет, а не берут из-за того, что он на учёте. Ну, они взяли и переехали в Псковскую область. Потом с призывной комиссии он всё-таки попал к нам, мы определили, что он здоров.

Просто это были какие-то детские проблемы, которые в итоге себя никак не проявили. Всё не зря, в конце концов.

Раз-два в год бывают случаи с галлюцинациями в виде «», или когда солдатиков вытаскивают из [Роскомнадзор]. Одному такому товарищу мы поставили диагноз «дебют шизофрении». Запускает болезнь, как правило, сильный стресс, которым как раз может стать служба.

Мамы таких пациентов удивляются: «Отправляла деточку здоровым, шёл с позитивом и улыбкой, а забираю дураком». Но где тонко, там и рвётся. Вот этот стресс, которого «не хватало» дома, он получил в армии. Хотя без этого так бы, может быть, и прожил без «дебюта».

Но к шизофрении всегда есть предпосылки, которые дома не замечают. Ну, стал малообщительным, растерял друзей – да и ладно, сидит в компьютере сутками напролёт – да и ладно, не спит пару ночей – бывает.

А это всё предвестники болезни, для которой полученный в армии стресс становится пусковым механизмом.

А бывает, что с виду всё нормально, человек как будто всем доволен, а в душе у него таки-и-и-е «тараканы». Это называется улыбающейся депрессией, итогом которой может стать всё что угодно.

О жизни после больницы, «мамах шизофреников» и эмоциональном портрете призывника

Не все, кто попадает в психиатрическую больницу, потом комиссуются. Они проходят комплексное обследование, если комиссия врачей-психиатров ставит диагноз «психически здоров» или что-то около того, то они возвращаются в часть дослуживать. Чаще после этого их переводят в другое подразделение или к другому командиру, подальше от прежних сослуживцев.

Не все военнослужащие нуждаются в лечении, чаще это только обследование: для постановки диагноза у врача-психиатра есть 10 дней. Если диагноз посерьёзнее, то после медикаментозного лечения и согласования с командиром пациент отправляется в окружной военный госпиталь в Рязани, Подольске, реже в Петербурге. Окончательный вердикт выносят уже военные психиатры.

Те, кто хотят любыми способами покинуть часть, как правило, очень довольны, что оказались у нас. Говорят даже, что здесь «рай на земле». Ну да, тут режим полегче: никаких тебе марш-бросков, поел, поспал, полежал. Мамы, которые сначала сюда коршунами прилетают и бьют себя в грудь, потом говорят «спасибо, что поговорили с сыном».

А есть холодные мамы, которые на всё реагируют очень спокойно или вообще не приезжают, потому что у неё и так шестеро детей, он – седьмой.

Есть даже такое понятие «мама шизофреника» – это холодная, неспособная на эмоции женщина, которая только номинально выполняет родительские функции «накормить-напоить-одеть-спать уложить», а что там в душе у ребёнка…

Описан целый портрет призывника, который в будущем может столкнуться с адаптационными проблемами. Это те, кто воспитывался в неполной или неблагополучной семье, те, кто недополучил родительской заботы, внимания и любви.

Это молодые люди с комплексом неполноценности, ущербности, неуспешности, стеснительные и нерешительные в новых ситуациях и с незнакомыми людьми, неуверенные в себе, неспособные к продолжительному трудовому напряжению, чрезмерно переживающие, зависимые от покровительства «сильных и успешных».

Молодых людей с психическими заболеваниями становится всё больше. Теперь именно эта причина становится основной для комиссации.

Если раньше это была бронхиальная астма, сердечно-сосудистые патологии, то теперь чаще встречается именно наш профиль. Это можно связать как раз с инфантилизмом, с неготовностью парней к армии, с их общей неприспособленностью к жизни.

Многие ведь никогда дальше своего города никуда не ездили и с мамой не расставались дольше чем на день.

Ольга Машкарина

Ольга Машкарина

Источник: https://informpskov.ru/news/305800.html

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.